Магический атлас сербского Картографа

       Наиболее сложно – описывать нереальное, или то, что нельзя увидеть собственными глазами, то, что можно почувствовать. Особенно сложно описывать книгу, которая, кажется, состоит не из слов, а из родинок в форме зёрнышек граната, точек пересечения углов зрения, клубов дыма из домашнего очага, вдохов всех четырёх ветров, надежды и снежинок (их ровно столько, сколько может поместиться на длинных ресницах). Все прекрасные фразы, которые и составили последнее предложение, придумала не я, а Горан Петрович, автор «Атласа, составленного небом». Вот строки из аннотации к этому роману: «Горан Петрович не похож на человека, родившегося в 1961 году в Кралеве, маленьком сербском городке… Горан Петрович пишет   не   так,   как   написал   бы   человек,   работающий  на   местном вагоностроительном заводе. Он  не похож на того, кто пишет на сербском языке и  считает литературным  образцом  Данилу  Киша. Поколение  Горана Петровича не похоже на землю, на которой оно выросло, оно стало, может быть, одним из самых  странных  явлений конца XX века. На  своей фотографии  Горан Петрович не похож на писателя, сказавшего: «Даже самая маленькая травинка не может вырасти в рукописи просто так, без последствий».

        Каждая деталь в произведениях Петровича имеет значение, и этот неповторимый микс житейской мудрости и радости бытия завораживает. Волшебное предновогоднее настроение в конце 2011-го мне создал «Маленький принц» Сент-Экзюпери, в 2012-ом – «Атлас, составленный небом» Петровича. Герои последнего поселились в доме, крыша которого – небо, в доме, стены которого украшают зеркала – по одному на четыре стороны света, в доме, где играют в прятки, ощущают музыку кожей и выращивают алмазы на персиковом дереве. Этот дом – особенный мир, защищенный от злых ветров города и осуждающих взглядов прохожих. Его жильцы, создатели маленькой и уединённой вселенной, тоже особенные. Например, Молчаливая Татьяна поёт прекрасные песни, притягивающие всех героев в гостиную, а птицы с её шали при этом даже взлетают и описывают круги по комнате. Андрей, Саша, Эстер, Подковник, Драгор, Богомил – все они не похожи на других. И все они пытаются не позволить этим «другим» изуродовать их пристанище: сменить небесную крышу дома на «настоящую».

       «Магический реализм» с появлением в литературе Горана Петровича расширяет границы, его уже не ассоциируют только с латиноамериканскими авторами. В «Атласе, составленным небом» волшебство не совмещается с реальностью, в нём сама реальность становится волшебной. Творчество сербского писателя – доказательство  того, что искренность и доброта не зависят от социального статуса или образования, что потерянные поколения ХХ века, уставшие от обыденности и повседневных стрессов, все ещё верят, чувствуют, ностальгируют. Сам Горан Петрович так говорит о себе: «Я не из тех, кто думает, что  мы  заплатили слишком большую цену за наши мечты. Я скорее думаю, что мы втридорога расплатились за чужие». Именно из мечтаний и южных ветров и соткан «Атлас…», который так сложно описывать. Гораздо приятнее его читать.